Прикид не по Сезонам

Чернышова-Мельник Н.Д. Дягилев: Опередивший время / Наталия Чернышова-Мельник. — М.: Молодая гвардия, 2011. — 475[5] с.: ил. — (Жизнь замечательных людей: сер. биогр.; вып. 1310). — 5000 экз.

Лев Самуилович Бакст. Портрет С.П. Дягилева с няней, 1906
Валентин Александрович Серов. Портрет С.П. Дягилева, 1904

После того, как в «ЖЗЛ» вышли биографии Чингисхана, Тамерлана и Нострадамуса, относиться к данной серии, как к академическому источнику, представляется несерьезным. Поэтому и оценка подобных хроник судьбы должна теперь основываться исключительно на критерии увлекательности чтения. Поглощается запоем — отлично, со скрипом — хорошо.

К огорчению, предлагаемая книга о Дягилеве в рамках данной двухбалльной системы может получить лишь отметку «удовлетворительно».

Жизнь знаменитого импресарио, прошедшая в соответствии с самыми строгими канонами авантюрного жанра, к сожалению, не нашла адекватного воплощения в изданной «Молодой гвардией» биографии. Что тому виной — излишний пиетет автора перед героем или желание избавить труд от «легковесности» — неясно, но результат может успокоить лишь того, кто о Дягилеве слышит впервые.

Наиболее познавательная часть исследования касается периода «Мира искусства». Подробно описаны проекты Сергея Павловича по организации выставок русских и зарубежных художников, немало ценного сказано о его интересе к отечественному историческому портрету. Вообще, Дягилев как арт-дилер и арт-критик дан в жизнеописании более выпукло, нежели как балетный «гуру». Единственное, чего не хватает данном у разделу, так это четкой эстетической оценки исканий Дягилевым места русского искусства в европейском.

Балетная составляющая труда малоинформативна для тех, кто знаком с воспоминаниями участников «Русских сезонов», благо, издано много.

Попытка «очеловечить» Дягилева и вовсе вызывает неловкость в тех местах, которые касаются его любовных привязанностей. Автор избегает их поэтизации в духе «Крыльев» Михаила Кузмина, не впадает в обличительный пафос Первого послания к Коринфянам апостола Павла, не берет тон теплой иронии «Не жалейте флагов» Ивлина Во. Вместо этого нам предлагается оправдание того, что можно простить, но оправдать немыслимо.

Дягилев-человек по-прежнему говорит с нами со страниц «Театральной улицы» Тамары Карсавиной, настоящая же книга не добавляет теплоты небесспорному герою столетия. Тогда как задача, кажется, ставилась именно так.

Сергей Павлович Дягилев и Игорь Федорович Стравинский
☼♫

ПРИМЕЧАНИЯ. Текст воспроизводится по авторскому черновику, еще не прошедшему корректуру. Публикация в «Литературной газете», вероятно, свободна от тех ошибок, которые можно обнаружить здесь.

Комментарии

Добавить комментарий